Лили

«Пожалуйста, мама! Не могу ли я остаться еще немного подольше? Ну, мама, всего только один раз!». Так обычно звучит мой голос, когда я вымаливаю у мамы возможность остаться с друзьями на вечер или хотя бы еще на один час. Я привыкла прятаться, когда для меня приходило время прощаться с друзьями и возвращаться домой. Такие моменты были самыми грустными для меня. Я была обыкновенной десятилетней общительной девочкой («социальной бабочкой»). Я никогда не чувствовала себя странно или не так как обычно. Потому, что для меня это было важно, я соответствовала всем нормам. Это было до того, как я заболела, и мне поставили диагноз диабета 1 типа. Диагноз был поставлен точно через неделю после моего одиннадцатого дня рождения. Я ничего не знала о том, каково быть диабетиком, но я знала достаточно еще с уроков по здоровью, которые были у меня в четвертом классе, что я не смогу есть конфеты и сладости в той мере, как другие, и мне придется делать много уколов.
В течение нескольких следующих дней, которые я провела в больнице, я узнала, что в отличие от всех остальных у меня больше не функционирует поджелудочная железа, что она больше не вырабатывает то, что называется инсулином, необходимым телу для того, чтобы еда, которую я съела, превратилась в энергию. Вместо этого мне придется делать по три укола инсулина в день, чтобы поддерживать работу моего тела.
Когда я была в больнице, моя футбольная команда сделала мне открытку с пожеланиями скорейшего выздоровления. Мне было очень приятно, но я подумала о том, что это было слегка иронично потому, что я не могла когда-либо «выздороветь» от диабета. Почему я тогда получила это? Ни у кого в школе больше не было диабета. Как произошло то, что в конечном итоге я была избрана для того, чтобы диабет был у меня? Я чувствовала себя кусочком мозайки, который попал в коробку другой мозайки. Я чувствовала, что не подхожу к другим кусочкам мозайки вне зависимости от того, какой стороной этот кусочек повернуть.
Большинство моих друзей впоследствии не стало относиться ко мне по-другому. По причине своего диагноза я потеряла всего одного друга. Даже не смотря на то, что многие люди вели себя так, как, будто я была такой же, как и прежде, разница в отношении была очевидной, как будто кто-то поставил мне на лоб клеймо с огромным штампом «Диабетик». Я возвела самый лучший «защитный экран», благодаря которому мне удавалось всем сообщить, что я все та же старая Лили. Но эта попытка истощала меня, как только мне приходилось выполнять «диабетическое задание», такое как сдача образца крови из пальца. Тогда  мой «защитный экран» раскалывался на кусочки, и я начинала рыдать потому, что это несправедливо, ведь мне приходилось делать это одной. Никому из моих друзей не нужно  было справляться с подобной проблемой. Работа над тем, чтобы показать себя в лучшем свете перед друзьями, продемонстрировать им, что со мной все в порядке, была такой утомительной, что я начала предпочитать безопасную кампанию членов моей семьи.
Ситуацию усугубляло то, что мне нужно было начать учебу в шестом классе в совершенно новой школе, где я должна была завести множество новых друзей. Я искренне надеялась, что в новом классе будут некоторые из моих старых друзей, чтобы мне не пришлось сталкиваться с какими-либо новыми людьми. В первый день в школе к своему ужасу я обнаружила, что никого из моих старых друзей не было в моем классе. Может быть, старая Лили чувствовала бы себя комфортно в этой ситуации и даже сама пошла бы на контакт, чтобы увидеть, каких веселых новых знакомых она может завести. Я похоронила такого человека внутри меня.  
Я уставала носить защитную маску, сообщающую всем «я в порядке». Я была сыта по горло тем, что постоянно привязывала себя к этому и внушала себе такие мысли. И я ненавидела, когда мне приходилось каждый день уходить с занятий для того, чтобы съедать небольшие порции еды по расписанию.  
Все это заставляло меня свернуться в клубочек и спрятаться в пещере в полном одиночестве. Пока я старалась избегать людей, мои старые друзья были заняты тем, что заводили новых приятелей в своих новых классах. Дистанция между нами расширялась медленно, но верно.  
У меня появился своего рода ритуал. Каждую ночь я смотрела на небо и находила самую большую звезду, какую только могла. И всем своим сердцем я надеялась на то, что произойдет какое-то чудо и будет какой-либо способ лечения, который сделает меня снова такой, как и все остальные.
Инсулиновая помпа – это коробка, содержащая шприц с инсулином. Тюбик крепится к шприцу и ведет к игле, которая втыкается в мою кожу и остается там в течение трех-четырех дней до того момента, как ее следует заменить. Верите ли вы мне или нет, но в это время игла не причиняет мне боли. Когда мне необходим инсулин, я могу нажать на некоторые кнопки на моей помпе, и прибор передаст мне определенное количество инсулина через иглу.
Это означает, что мне никогда не будет нужно прекращать свои занятия ради того, чтобы сделать укол. Не нужно будет есть закуски, которые я не хочу, а также не придется заставлять людей готовить что-либо «особенное», когда я прихожу к ним поужинать. Я могу есть сахар в таком количестве, в каком я хочу (в пределах разумного), и все потому, что инсулиновая помпа намного эффективнее, чем уколы, а ее действие больше похоже на работу поджелудочной железы. Я больше стала походить на обыкновенного ребенка. Я все еще отличалась, но отличалась не с большой буквы «Д» («другая»).
Диабет больше не чувствовался как смертный приговор. Если раньше он был тем, что я не могла контролировать, то сейчас он стал тем, что мне легче принять. Как только я начала принимать свое отличие, моя индивидуальность начала цвести снова. Я стала более общительной и коммуникабельной, прямо как до того момента, как мне был поставлен диагноз. Я перестала каждую ночь загадывать желание, в случае исполнения которого я бы стала такой, как все остальные. Я даже нашла некоторые позитивные моменты в своей ситуации. Я осознала, что то, что я являюсь диабетиком, не делает меня хуже других, и это не значит, что в моей жизни будет меньше веселого и интересного.
Изменение в моем отношении было заметным. Во многих случаях вместо того, чтобы меня жалели, меня уважали за то, что я справляюсь со своим диабетом. Я уже не стеснялась того, что была диабетиком. Результатом этого стало следующее: люди вокруг меня начали чувствовать себя более комфортно, не смотря на то, что у меня диабет. Также начала себя чувствовать и я. Они знали, что с тех пор, как я перестала смущаться этого, они могли свободно задавать мне вопросы. Более важным является то, что после того, как я приняла факт наличия у меня диабета, мне больше не было нужно быть такой же как все, чтобы быть счастливой.
Спасибо за то, что посетили мою страницу.
И это все пока, Лили